В Кобрине есть улица Данилевской. Она отходит от Интернациональной — одной из старейших улиц города. Кто-то проходит по ней каждый день, кто-то живёт рядом. Но мало кто задумывается: а кем была эта женщина? И почему её именем назвали улицу?
Алиса Данилевская не была партизанкой с боевым опытом. До войны она жила под Киевом. Когда фронт покатился на восток, Алиса, как и тысячи других, пошла рыть окопы, строить оборонительные сооружения. Там её и схватили немцы. Вместе с другими женщинами и девушками её погрузили в эшелон и отправили в Германию — на принудительные работы. Впереди было рабство, голод и, скорее всего, медленная смерть. Но судьба распорядилась иначе: советский снаряд повредил состав. Вместе с приёмной дочерью и подругой Людмилой Бихерт Алиса смогла бежать и добраться до Кобрина.
В Кобрине Алиса нашла подпольщиков. Те проверяли её не один день — не провокатор ли, не подослали ли немцы. Но она быстро доказала, что своя. Женщина прекрасно владела немецким языком, что позволило ей устроиться на работу к оккупантам. Однако работа стала прикрытием для настоящего подвига — по заданию партизан Алиса вместе с другими подпольщиками готовила уничтожение штаба немецкой танковой части.
Представьте: каждый день она мыла полы в кабинетах, где сидели офицеры вермахта. Смотрела, слушала, запоминала. Выносила ведра с водой — и выносила информацию. Немцы даже не подозревали, что невзрачная уборщица работает на партизан.
Взрыв прогремел так, что его услышал весь город. Штаб перестал существовать.
Немцы взбесились. Перевернули всё вверх дном, хватали всех подряд. Нашёлся предатель — кто-то из своих указал на женщин. Алису и Софью арестовали.
Девять суток продолжались допросы и пытки. Что с ними делали в застенках — страшно даже представить. Но ни Алиса, ни Софья не сказали ни слова. Не выдали явок, не назвали имён, не раскрыли связных.
Утром 4 мая 1944 года подпольщиц вывели во двор тюрьмы и повесили.
До освобождения Беларуси оставался всего месяц с небольшим.
У Алисы Данилевской не было военной выучки, не было молодости и сил. Было только одно: ненависть к врагу и желание сделать хоть что-то, чтобы приблизить Победу.
Сегодня её имя носит улица в Кобрине. Она уходит на восток от Интернациональной, в тихий частный сектор. И каждый раз, проходя по ней, можно вспомнить уборщицу, которая взорвала штаб и не сдалась даже под пытками.